Пару недель назад моя личная статистическая система сделала «дзынь», сообщая мне, что за меньше чем за год, у нас с коллегой, врачом-психотерапевтом Анной Борисовной Арефьевой было 30 «общих» клиентов — тех, кто обращался ко мне и получал рекомендацию проконсультироваться у Анны Борисовна и тех, кто приходил от нее ко мне.

Моя личная оценка: Тридцать — это ОЧЕНЬ здорово. Тридцать людей, получивших эффективную помощь «практически кратчайшим путем». Я этим результатом горжусь. Ну, а Анна Борисовна сама скажет 🙂

Когда такое взаимодействие двух специалистов особенно целесообразно? Тут никаких «Америк», все достаточно очевидно: в случаях, когда к нам обращаются люди в различного рода тревожных состояниях (включая панические атаки), в депрессивных состояниях, а также с симптомами, психосоматическая природа которых достоверно установлена. Мой подход — и я очень рад, что нашел коллегу, которая его полностью разделяет: если у клиента запрос именно на скорейшее избавление от тягостного для него состояния, надо находить и предлагать вариант кратчайшего пути. В немалом количестве случаев кратчайший путь заключается в подключении возможностей современного фармакологического лечения.

Что для меня является основанием предложить клиенту рассмотреть вопрос получения дополнительной, параллельной помощи у коллеги-врача или даже просто «перейти» от меня к коллеге? (Перечисленные ниже основания могут и сочетаться.)

Основание №0: прямой запрос. Можете удивляться, но таких прямых запросов не так мало: пожалуйста, порекомендуйте мне врача. И это понятно, это вполне OK, что людям перед обращением к врачу надо получить ресурсную и квалифицированную консультацию психолога.

Основание №1: объективные результаты скрининговых инструментов HADS, PHQ-9 и др. в сочетании с наблюдаемыми подтверждениями указанных результатов.

Основание №2: резистентность симптомов на фоне психологической помощи.

Основание №3: я растерян, не очень понимаю, что происходит. Конечно, есть механизмы супервизий, которые я использую регулярно и по максимуму. Но и они не заменят очного квалифицированного взгляда.

С какими сложностями я при этом сталкиваюсь? Перечислю различные — некоторые из указанных сложностей проявляются «на стороне клиента», некоторые — «на стороне терапевта».

Сложность №1: врачей «про психику» до сих если не боятся, то сильно опасаются, а представления о психофармакологии застыли на уровне периода развитого социализма. Или даже недоразвитого. Тут часто надо просто разъяснить «как и что на самом деле». Такое объяснение — подготовленное установленным терапевтическим альянсом — часто позволяет снизить тревогу клиента до приемлемого уровня. Ну, а уж у тех, кто на таком фоне сниженной тревоги доходит до Анны Борисовны, вопрос тревоги на эту тему больше не стоит 🙂

Сложность №2: клиенты не хотят «все рассказывать второй раз». Тут очень важно то, что мы не просто перенаправляем клиентов, мы их именно бережно «передаем». Конечно, каждый из нас самостоятельно знакомится с клиентом, у каждого есть свои собственные вопросы для прояснения и уточнения ситуации (у Анны Борисовны — тем более, поскольку на ней — медицинская сторона). Но, передавая клиента, мы (важно: получив на это явное разрешение) снабжаем друг друга достаточной информацией, чтобы человек пришел к тому, кто его уже знает и ждет.

Сложность №3: я теряю на этом деньги. Я серьезно — если кто-то думает, что я об этом не думаю или для меня это не имеет значения, он ошибается. Имеет конечно. Вместе с тем, у меня есть плохо оцифровываемое (на уровне бизнес-модели деятельности) убеждение, что люди, получившие максимально эффективную помощь, понимают это и запоминают. И количество клиентов «по рекомендации» от этого растет. То есть это путь «в долгую», но это правильный путь.

Сложность №4: некое личное ощущение не полной осмысленности лечения симптома. Бессмысленно ли лечить симптом? Мой личный ответ: не мне решать. Но мое профессиональное дело — дать клиенту про этот аспект максимум информации. В воспоминаниях великого Виктора Франкла есть замечательный анекдот. «Горожанину, отдыхающему на даче, мешает спать петух: кукарекает каждое утро спозаранку. Умник идет в аптеку, покупает лекарство от бессонницы и скармливает его петуху. Ибо работать нужно с причиной, а не симптомом.» Когда речь о тревожных и депрессивных состояниях и вызванных ими симптомах, причины действительно имеют большое значение (можно сказать — решающее). Мое дело — прояснить это для клиента, обсудить это с ним, предложить свое видение и варианты работы с причинами. Но также мое дело — и это первично — предложить кратчайший и быстрейший путь избавления от симптома. Пусть временный. И даже практически точно временный (это тоже мы обсуждаем явно). Тут мне очень близок подход друзей медиков про боль: болит? Снимаем боль, потом продолжаем разговор.

Вот как-то так. Почти год плотного сотрудничества и тридцать (кстати, уже больше) клиентов — та веха, на которой захотелось поделиться. И вот еще раз прямая ссылка на сайт Анны Борисовны: psydoctor.msk.ru